Тучи тучные под ногами.

Перепаять клеммы, передоказать леммы. Всё по-взрослому.

«Необоснованность неуместна. Хочешь не по правилам? Мотивируй. Нужно вне регламента? Аргументируй. А иначе можешь приписать точку к любому из слов и смело самовычёркиваться», — промолчал Хмур.

Была быль, стала сталь, потом пыль.

Ежесекундная терапия. Жечь легко — не обжечься сложно. Видишь слова? А они молчат.

Синица с жёлтым животом; а ещё бывает так, что жёлто внутри живота, и как иголочками колет где-то в висках. Хмур штормил себя на краю пропасти.

Страшно.

Через буквы чуять.

Сов падения совпали: пали пёрышками птички, «пли» для пушек прозвучало.

Пристрелить трагичность контрольно и в лоб. Два раза.

Конструктивная нежность на расстоянии вытянутой руки.

Хмур стрелял наугад: пусть не яблочно, да хотя бы рисунок дырочек на картонной мишени виден будет.

Йокодзуны под ложечкой, грифоновы крылья под лопаткой.

Прихоть хотеть.

Свободу закрылкам!